Как бы выглядел хиппи, получивший должность топ-менеджера огромной корпорации? Что бы сказали о большом начальнике, который посреди рабочей недели уехал за сатори в Тибет? Новое поколение успешных и креативных жителей мегаполиса приняло бы их за своих. Бобо — богемные буржуа, которым удалось совместить творческую непослушность, свободолюбие и амбиции корпоративного мира.
От драных джинсов до Armani
В начале нового тысячелетия в обществе вновь приключилась переоценка ценностей. Ведь как было — хиппи провозгласили легендарное «Make love not war» и отправились на поиски абсолютной свободы от общества. Их дети, утомленные родительскими клешами и идеологически оправданным безденежьем, надели черные костюмы и сбежали в офисы с определенной целью — заработать на хорошую машину и спокойный коттедж в пригороде.
Постепенно желание достатка сменили наполеоновские планы и немереные амбиции, карьерная лестница зашаталась под уверенной поступью фанатичных карьеристов. Статус, власть, материальная свобода и удовлетворение самых смелых желаний — что может быть важнее? Поколение хиппи сменило поколение яппи. В лексическом запасе некоторых языков появилось выражение, означающее «смерть на рабочем месте от переутомления».
И аккурат в тот момент, когда наши бизнесмены начали активно подражать бизнесменам западным, когда у нас слово «статус» 
обрело чрезвычайный вес, а слово «карьерист» перестали произносить в сочетании с пренебрежительной усмешкой, за океаном яппи вдруг вышли из моды. Наступило время новых любимцев мегаполисов — бобо.
Богемные буржуа
Первые кадры новой культуры успел запечатлеть обозреватель New York Times и редактор Weekly Standart, бобо собственной персоной, Дэвид Брукс. Он написал книгу «Бобо в раю, и как они там оказались». Бобо — соединение первых слогов bogemian и bourgeois. Новая генерация, соединившая основательность буржуазии со свободой самовыражения бунтующей богемы. Колдовское, надо заметить, вышло сочетание.
В шоу Гвена Ифилла Дэвид Брукс как-то сказал: «Буржуа работают в больших корпорациях. Богема претендует на тонкий вкус, находится в состоянии перманентного мятежа. Но если Вы посмотрите на сегодняшнюю верхушку среднего класса, то увидите, что эти люди разбили все стереотипы. Раньше были Ричард Брансон и Стив Джобс, сегодня такие люди повсюду. Некоторые кажутся наполовину яппи-буржуа, наполовину хиппи-богема. Итак, если Вы берете буржуа и богему, соединяете их вместе, то получаете уродливое выражение «бобо».
Бобо образованы, более, чем обеспечены, успешны в работе и находятся в эпицентре профессиональной жизни. Однако, статус для них не идет ни в какое сравнение с удовольствием, которым их обеспечивает любимое дело. Бобо иронизируют над собственным богатством, игнорируют истэблишмент, не избегают «простых смертных» и подходят философски к своему положению: так сложилась жизнь, завтра на моем месте можешь быть ты, а я окажусь на твоем.
Этот сумбурный style life
Мой друг-японец жалуется на безнадежность существования в мегаполисе — работа в огромных корпорациях по двенадцать часов в сутки, подчинение вышестоящим, помыкание нижестоящими. В Восточной столице, переполненной яппи в безупречных черных костюмах, трудно сохранить надежду на полноценную жизнь.
И именно поэтому после работы этот разочарованный в корпоративности человек отправляется в клуб, где играет старый рок-н-ролл. Обычная жизнь оживших героев Мураками.
Это предшественники бобо, в которых больше разочарованности и какой-то печоринской усталости. А вот их дети балансируют между самовыражением и профессиональным успехом куда лучше. Ведь суть культуры бобо как раз в том, чтобы получать удовольствие от жизни, ради чего вовсе не стоит зарабатывать выгулом собак в свободное от развлечений время.