В детстве мы все хотя бы раз танцевали возле Новогодней Ёлки в костюме Снежники, Белочки или Зайчика. Задумывались ли мы о том, что маскарадный костюм и вообще — культура проведения маскарада имеет давнюю историю? Более того — любое костюмированное мероприятие, будь то школьный «Огонёк» или роскошный бразильский карнавал имеет свою особую психологию — человек под маской или в некоем фантастическом одеянии ведёт себя совершенно иначе, нежели в реальной жизни.
Первыми маскарадами принято считать римские Сатурналии — ежегодные празднества в честь бога Сатурна, которые сопровождались массовыми гуляньями. Именно в Древнем Риме появились и специальные маски. Дело в том, что во время Сатурналий даже рабам дозволялось веселиться вместе с хозяевами, и, чтобы не омрачать радости сословными предрассудками, все участники праздника закрывали свои лица масками.
В Средние Века, несмотря на суровость церковных установок, маскарады были не так уж редки. Основными атрибутами были костюмы и маски, призванные скрыть социальные различия и всех уравнять на время праздника. Именно в эпоху Средневековья сложилась особая психология маскарада — король переодевался в нищего, белошвейка — в принцессу, скромница — в райскую птицу. Впоследствии психологи напишут не одну сотню статей про карнавальный «мир-перевёртыш», где нет никаких преград и всё то, что невозможно в реальной жизни, допустимо мире масок. Во время карнавала ничего не казалось безрассудным. Благородная дама в маске могла на один час сделаться любовницей простого солдата и после этого не чувствовать себя опозоренной или униженной. Иначе говоря, под маской — это уже «не я», а кто-то другой.
Маска делает человека неузнаваемым, она связана с радостью перевоплощений и возможностью примерить на себя любую роль.
Самым знаменитым, как и в наши дни, считался карнавал в Венеции. Основой венецианского карнавального костюма была (и остаётся) баута — традиционная маска белого цвета, прикрывающая в основном верхнюю часть лица, иногда с длинным носом или резким треугольным профилем.
Другим общеизвестным атрибутом является длинный плащ с рукавами и капюшоном — домино. Чаще всего домино были чёрного цвета.
В Венеции карнавальные маски приобрели такую популярность, что их стали носить в повседневной жизни. Это вызывало нарекания, как властей города, так и церкви, но никакие запреты не действовали, пока нарушителей не принялись наказывать в уголовном порядке…
Вплоть до конца XVIII века венецианский карнавал оставался главным событием в жизни города, но потом интерес к нему стал угасать. Однако во второй половине XX века карнавал начал свою вторую жизнь. Городские власти смекнули, что возрождение карнавальных традиций может привлечь в Венецию толпы туристов со всего мира.
Помимо массовых, публичных карнавалов, в Средневековой и Ренессансной Европе существовали и мероприятия для избранных. Пышностью придворных маскарадов отличалась тюдоровская Англия. Вторая жена Генриха VIII — Анна Болейн устраивала костюмированные празднества, на которых воссоздавались картины из античной мифологии. Юные девушки изображали амазонок и нимф, юноши — сатиров, а сама королева — непременно Афродиту, богиню любви. Разумеется, маскарадные костюмы было далеки от древнегреческих реалий — наряд Пенелопы или Психеи по фасону мало, чем отличался от придворного туалета XVI века, разве что был несколько фантастичнее.
Дочь Генриха и Анны — Елизавета I тоже любила устраивать маскарадные празднества. Королева-Девственница любила выходить к гостям в костюме Артемиды — стройной, девственной богини охоты. Сверкая многочисленными драгоценностями, затянутая в железный корсет, Елизавета изображала античную богиню. С «оригиналом» её роднил только лук — орудие богини да сияющий месяц в волосах.
При дворе Людовика XIV маскарады отличались особой пышностью — сам король любил появляться в костюме Аполлона или Юпитера. Это были стилизованные под античность, тяжеловесные парчовые наряды, с непременной короной.