Если по нелепой случайности на одной из европейских недель моды вы встретите за кулисами Пако Рабанна, помните о главном — молчите. Любые вопросы о смысле творчества, философии марки и причинах успеха обречены.
Пако Рабанн — большой человек в черном. Он проходит в зал конференций неспешно. Его речь чувствительные редакторы глянцевой хроники могли бы сравнить с прозой Павича — столь же нелинейна. Сперва он вполне связно рассуждает о знаменитых парфюмах марки Rabanne. В последние годы именно парфюмерия приносила бренду основную прибыль. В 1969 году, когда Пако Рабанн вывел в свет первый аромат, дизайнеры еще не работали в такой тесной связке с парфюмерами. Ставка была сделана на «Calandre». По заявлениям дизайнера, резкой ноте кипариса соответствовал характер марки — нарочитая, агрессивно маскулинная уверенность в себе и чуть порочная страстность. Идея моментально была схвачена публикой. Мужские парфюмы Рабанна («Excess Pour Homme», «Paco Rabanne Pour Homme», «Metal») до сих пор остаются в тройке лидеров по продажам в европейских странах. «Excess Pour Homme» к тому же волнует более чем откровенными рекламными фильмами.
Как только диктофон отмеряет чуть больше трех минут, мастер быстро переходит к излюбленным темам. Их несколько: астрология, оккультизм, всемирный заговор, предсказания, реинкарнация. Если вы будете слушать внимательно (а как иначе?!), Рабанн поведает и историю о том, как в возрасте семи лет его душа покинула бренное тело. Она отправилась в полет по небесным далям, но все же вернулась. Современный мир моды данному факту выдуманной (?) биографии дизайнера несказанно рад. Ведь именно этот странный человек в черном в 1960-х отважился на экстравагантные решения, которые до сих пор актуальны.
Франсиско Рабанеда и Куэрво родился в феврале 1934 года в испанском городе Сан-Себастьян. От длинного имени он избавится позже, когда начнет рисовать эскизы в парижских кафе. А пока Франсиско вместо богемной толпы окружают ближайшие родственники: мать работает ассистентом модельера Кристобаля Баленсиаги, отец, будучи ярым республиканцем, борется с политикой генерала Франко, бабушка лечит соседей травами. Говорят, что каждый раз вступая в беседу с глубоким человеком, мы постигаем мир. Главным собеседником маленького Франсиско становится бабушка. Знахарка, лечившая самые разные болезни и нервные расстройства, направляет первые философские размышления внука. Однажды попросит по-новому взглянуть на большой, неровно обточенный морем булыжник на берегу: что этот камень делает здесь? есть ли у него особое предназначение? Франсиско запомнил те разговоры на всю жизнь. С самого детства в основе его мира лежало две сущности каждого предмета — духовная и материальная. Место булыжника на пляже становилось значимым. Солнце каждое утро поднималось не просто так. Все имело свою причину. Духовные практики, затронувшие Пако в раннем возрасте, помогли выкроить особую философию – его нарядам всегда было мало соответствовать настроению клиентки. Он старался дать публике больше, чем рядовые закройщики или талантливые рисовальщики кутюрных нарядов — не только красоту. Ему нравилось создавать вещь, в материал которой аккуратно вкладывалось нечто особенное — идея.
Ему было пять лет, когда мадам Рабанеда решилась перебраться в Париж. Во Францию они приехали одни, отца расстреляли за верность Республике. Пако как-то вспомнит в одном из интервью, что Париж не казался ему «праздником, который всегда с тобой», напротив, на улицах мерещились кричащие и горящие заживо люди. Эти образы преследовали Рабанна более полувека. Он до сих пор путает их с живыми. К концу 50-х бегло говорящего по-французски мальчишку ждали факультет архитектуры и с десяток судьбоносных знакомств. Но латинский квартал и яркие толпы разнузданных студентов как будто не интересовали Пако.